Вернуться наверх

«Дитрих Бонхеффер. Праведник мира против Третьего Рейха. Пастор, мученик, пророк, заговорщик»

19.08.2014 18:54
Эрик Метаксас (Эксмо/Книгоноша)
Эрик Метаксас (Эксмо/Книгоноша)
Боюсь, что христиане, стоящие в этом мире лишь на одной ноге, останутся с поджатой ногой и в раю.


Недостаточно избегать греха, толковать, проповедовать богословские понятия, недостаточно верить в определенные принципы или правила. Нужно всю жизнь подчинить Божьему призыву и ответить на него – действием. Бог требует от нас не только ума, но и тела... Не осторожная, с оглядкой и компромиссами жизнь, но жизнь свободная, радостная, на полную катушку – вот что такое послушание Богу.
Дитрих Бонхёффер

 

Противостояние разумного меньшинства и безумного общества, жизни прямой-негибкой и будничных, неизбежных компромиссов, отношение Церкви и преступного государства, праведник в неправедной Отчизне... И все эти горячие темы – в одной книге, причем не художественной, а документальной. Подзаголовок меня покорил – “праведник мира против Третьего рейха”. Действительно, ну что мог сделать христианин в гитлеровской Германии?..

Сегодня мы удивляемся, как мог целый народ слепо следовать за человеконенавистническими идеями и поддерживать Гитлера (хотя при этом сами часто ли смеем выразить собственное мнение при мелком начальнике или защитить слабого от сильного, если это требует усилий). НЕ ВЕСЬ народ! НЕ ВСЕ плыли по течению. НЕ ВСЕ делали карьеру и разводили руками “а что я могу... как все, так и я...”. Протестантский пастор Дитрих Бонхёффер – один из тех, кто не прогнулся под железобетонный режим фашизма. И этим он безгранично интересен.

Дитрих рос в очень интеллектуальной среде, разбирался в искусстве, думал о карьере музыканта, сочетал “непоколебимую веру с блестящим интеллектом”. Его отец был ведущим психиатром, брат – физиком-атомщиком. «Всю жизнь Бонхёффер сохранял... критический, “научный” подход к вере и богословию». И к жизни, нужно добавить.

Через два дня после вступления Гитлера на пост канцлера (1933) Бонхёффер выступил по радио с лекцией об опасности превращения вождя (нем. фюрер) в идола. Передача была прервана.

С самого начала перед семьей чистокровных арийцев Бонхёфферов не стоял “еврейский вопрос”. Каждый на своем уровне противостоял безумию нацизма. Мой любимый эпизод, как 90-летняя бабушка Бонхёффера в день всенационального бойкота еврейских магазинов спокойно шла мимо штурмовиков, которые пытались не пустить ее, она утверждала, что будет закупаться там, где хочет. Но, наверное, больше плодов принес муж сестры Дитриха юрист Донаньи, который, работая в абвере, документировал преступления нацизма. Его информацию Дитрих передавал на Запад, пользуясь церковными связями, участием в экуменическом движении, личными поездками. 
Друзья отправили Дитриха в эмиграцию, но на последнем судне он вернулся в Германию, чтобы противостоять злу на родине.

Когда же близкие люди – родной брат, зятья, близкие друзья семьи – стали планировать убийство Гитлера, перед Дитрихом встал серьезный вопрос: может ли христианин участвовать в убийстве? Для меня этот вопрос был самым интересным в книге. Я же помню, как писал Бонхёффер в “Хождении вслед”:

...для общины учеников, которая уже ни на что не может рассчитывать в национально-правовом смысле, возмездие состоит в том, чтобы терпеливо сносить удар, чтобы не прибавлять зло ко злу... Зло делается бессильным, когда не встречает отпора, сопротивления, когда его добровольно терпят и сносят. Тогда зло сталкивается с противником, который ему не по силам. Разумеется, лишь в том случае, когда сопротивление убрано без остатка, когда всецело отказались воздавать злом за зло. Здесь зло не в силах достичь цели: творить и множить зло, — и остается одиноко.

 

Подставлять вторую щеку надо... а что если она не твоя, а другого?.. На эту дилемму Бонхёффер отвечает исчерпывающе:

...помощи пострадавшим от государственных злодеяний порой недостаточно, и в какой-то момент Церковь должна открыто выступить против властей и воспрепятствовать их дурным решениям. Изображать из себя эфемерную фигуру, беседовать о Боге, но не пятнать рук о реальный мир, куда Бог поместил тебя, -- дурное богословие.
...одно лишь исповедание, пусть даже самое отважное, все равно означает попустительство убийцам.
...нужно отказаться от любых попыток сделать из себя нечто — святого, обращенного грешника, церковного человека (так называемый "тип пастора"), праведника или неправедника, больного или здорового. Жить в этом мире для меня означает полностью отдаться задачам этой жизни, ее проблемам, успехам и неудачам, ее опытам и смущениям.

 

Он видел в Гитлере воплощение зла. Но также он не хотел действовать чужими руками. Оставаться “чистеньким”, когда пачкаются близкие. И принял всю ответственность и всю тяжесть вины на себя. Бескомпромиссный пастор, он даже устроился на работу в абвер, был двойным агентом, чтобы вывозить свидетельства преступлений (и нескольких евреев тоже вывезли!), чтобы непосредственно поддерживать заговор. ...Дитрих Бонхёффер провел два года в тюрьме и кончил жизнь в концлагере в 1945 г., убитый как один из непосредственных заговорщиков-участников покушения на Гитлера.

Биография Бонхёффера – это в большой степени биография Германии 1-й половины 20 в. Мне лично больше были интересны его мысли и его духовный путь, но текст Метаксаса насыщен и другими сведениями, деталями, датами и именами (книга – не ода восторженного поклонника, а настоящее документальное исследование “личность во времени”), обильно цитируются письма, дневники, воспоминания родных и друзей Дитриха и его самого, рассказывается трогательная история его трагической любви.

Попытки покушений на Гитлера, может, достаточно известная тема, но значительная часть книги посвящена истории церкви в нацистской Германии. Гитлер, не решаясь восстать против традиционной народной набожности, планировал подчинить церковь себе. Естественно, христианство с фашизмом не совмещалось, поэтому дико искажалось: 

Краузе потребовал, чтобы германская Церковь раз и навсегда избавилась от каких-либо следов еврейства. Первым делом отбросить Старый Завет… Новый Завет также следует подвергнуть ревизии… “Устранить излишний акцент на распятом Христе” – образ Распятого депрессивен, говорит о поражении, то есть он – еврейский, Германии же требуется надежда и победа! Краузе высмеял “богословие равви Павла…”, высмеял символ креста. Известно, что Католическая церковь в 1930-е гг. подписала конкордат с правительством Германии, и тем не менее многие католики противостояли бесчеловечности фашизма. Бонхёффер спровоцировал раскол внутри традиционной немецкой протестантской церкви, так как категорически отказался принимать искаженное Писание, гонения на евреев, другие преступления Рейха и считал, что лучше безрелигиозное христианство, чем карикатура на него.

Не знаю, бывают ли объективные биографии. Не знаю, возможны ли такие и нужны ли: разве не граничит объективность с безразличием; не лучше ли автор, увлекшийся исследуемой личностью или возмущенный, пропустивший чужую жизнь через себя, чем холодный компилятор? Книга Эрика Метаксаса не объективная! Она очень легко написана, рассказ часто публицистический, эмоциональный, с экспрессивной оценкой исторических личностей и их поступков. В жанре агиографии (жития) воспринимаются страницы о детстве Бонхёффера. К месту в общей ткани рассказа исторические экскурсы. Цитат из произведений самого богослова много, но я точно знаю, что обязательно буду читать все тексты Бонхёффера, которые достану, полностью.

Дитрих Бонхёффер был “человек, производивший впечатление совершенной целосности... Это был человек, чья вера совпадала с мыслями, а дела – с верой”. Именно этим привлекает меня его личность. Праведник, который не боялся замарать руки. Личность, которая стала на пути пыточной машины Третьего рейха. Человек, который доказал, что даже самому преступному государству можно сопротивляться.

Krysty-Krysty

1236
0

Оставьте свой комментарий